Снова Великий пост постепенно приближается к своему окончанию. Остаются считанные дни Святой Четыредесятницы. Далее — страдания Господа и Его Воскресение. С чем мы придём к этим двум главным неделям всего года — Страстной и Светлой седмицам?
Часто приходится слышать от людей постящихся не впервые, что пост — это так здорово, что и разговляться не хочется — и дальше постились бы «с удовольствием». К постной пище привыкли — никакой тяжести в теле. Но быстро пролетает Великий пост. Вот уже Пасха нам открывает свои объятия… И тут возникает вопрос: готовы ли мы броситься к ней изо всех сил? Распахнуть свои души настежь навстречу этой непревзойдённой ничем на земле радости о Воскресшем Спасителе? И, оказывается, что не готовы. Опять, год за годом мы оказываемся неготовыми быть с Господом в этой радости, которую Он нам принёс Своими страшными страданиями. Мы, конечно, по-своему радуемся — Пасха же — все вокруг вроде радуются. Кто-то от всей души, искренне радуется возможности мяса поесть, наконец. Ну, и мы за него радуемся! А сами и дальше постились, если бы Пасха не пришла…
Откуда же это «спокойствие» перед окончанием Великого поста? Вспомним о Четыредесятнице Христа: «…сорок дней Он был искушаем от диавола и ничего не ел в эти дни, а по прошествии их напоследок взалкал» (Лк. 4:2). Сорок дней Господь постился в пустыне, и под конец, как человек, Он оказался на пределе Своих сил. И только после преодоления этого предела стояния в подвиге пост завершился, и дьявол отошёл от Него. Если наша Четыредесятница — подражание Господу, соучастие в Его подвиге, то, следовательно, и мы должны испытать этот предел своих человеческих возможностей — устоять, когда это кажется уже свыше сил.
Мы привыкли воспринимать Великий пост как небольшое ограничение себя. Чаще всего нам благословлено весьма много послаблений в сравнении с общепринятым уставом, потому что семейному, работающему, современному городскому человеку невозможно с пользой для души придерживаться монашеских традиций. И, тем не менее, независимо от меры физического ограничения есть только два пути у всех постящихся: либо пытаться быть с Господом изо всех сил, либо льстить себе мыслями, что являемся православными, исполняя «закон».
Мы любим позволить себе лишнего и в еде (пусть и постной), и в развлечениях, встречах, нежелании посетить службу в церкви, когда эта возможность есть, и в Исповеди, в которой гордость не ломаем, а «окучиваем», много в чём… Каждого дьявол улавливает по его порокам. И через это обкрадывает. Делаясь неспособным быть с Господом, человек лишает себя возможности и совоскреснуть с Ним — исполниться этой пасхальной сверхрадостью. Растрачиваясь на десятках ненужных дешёвок, не будет возможности приобрести по-настоящему стоящую вещь. Отвлекаясь по пустякам, не получится дойти до Креста Господня и увидеть Его страданий. А мы всё удивляемся, почему же так спокойно подходим к Страстной неделе и проходим мимо неё...
Если молиться весь Великий покаянный канон, стоя на коленях, легко почувствовать, как в какой-то момент все посторонние мысли уходят. Остаётся только Господь, и только Его силами можно достоять до конца. Вот с этим предельным накалом своего поста (душевного, духовного и телесного) хорошо бы подойти и к страшным дням Распятия Христа, Его крестной смерти за наши грехи. Потому что нам это нужно. Иначе мы не можем принять и радость.
И если всё-таки сможем быть со Христом, если возжаждем всей душой своей освобождения от тесноты, которую несут страдания нашего Бога ради нас, то непременно и Воскресение Его станет для нас воистину долгожданным и своевременным, а не нагрянувшим неожиданно. И мы услышим призыв святителя Иоанна Златоуста: «Итак, все — все войдите в радость Господа своего!» И мы устремимся к Нему, потому что оковы падут. А стоять в нерешительности, как раньше, мы уже не будем. И тогда радость Его в нас пребудет, и радость наша будет совершенна!
.jpg)
