Произнесено студентом Казанской духовной академии Петром Головиным в Неделю о Страшном суде в церкви Казанской духовной академии 23 февраля 1869 года.
«Бдите убо на всяко время молящеся, да сподобитеся убежати всех сих хотящих быти, и стати пред Сыном человеческим» (Лк. 21, 34-36).
Одним из средств побудить своих чад к усиленной молитве и подвигам добродетели в дни наступающего Великого поста Святая Церковь избрала изображение Страшного суда, имеющего быть при кончине мира. Она предложила это в нынешнем евангельском чтении, поистине потрясающем до глубины души всякого человека, для кого дорого спасение, дорога собственная будущая участь. Не думаю, что бы кто-нибудь из вас остался равнодушным к своей участи, слушая евангельское повествование о последнем, всемирном суде, — что бы каждый из вас в глубине своего сердца не пожелал блаженной участи праведных и не содрогнулся при представлении жестоких мук, уготованных нечестивым. Но чтобы сильнее и глубже напечатлеть в своем сердце страшную картину последнего суда и показать непреложность обетовании Божиих, обратим еще раз благочестивое свое внимание на евангельское повествование о Судном дне.
По слову Евангелия, некогда наступит необыкновенное время, время беспрерывных величайших чудес. Определить с точностью, когда наступит это время, невозможно: оно утаено от нас. Господь не открыл нам ни дня, ни часа своего пришествия; не знали этого апостолы, не знают даже ангелы Божии (Мф. 24, 36). Ничто для обитателей земли не будет так неожиданно, как великий день Господень, который приидет, яко тать в нощи (2 Петр. 3, 10). Быть может, так же радостно и светло взойдет последнее утреннее солнце, так же спокойно покатится оно к западу, но — одно мгновение, и небеса с шумом прейдут, стихии же, разгоревшись, разрушатся, земля и все дела на ней сгорят (2 Петр. 3, 10), и все повергнется в ужасающий беспорядок! Солнце померкнет, и луна не даст света своего, и звезды спадут с неба, и силы небесные поколеблются (Мф. 24, 29). Среди таких необычайных явлений, Сам Господь при возвещении, при гласе Архангела и трубе Божией, сойдет с неба (1 Солун. 4, 16). Мертвии услышат глас Сына Божия и услышавше оживут (Ин. 5, 25); оставшиеся в живых, вместе с ними восхищены будем на облаках в сретение Господу на воздухе (1 Сол. 5, 17).
Так народы всех времен и мест, живые и умершие составят одно несметное, необозримое множество и, предвидимые святыми ангелами, предстанут пред лице грозного Божественного Судии, сидящего на престоле и окружённого силою и славою многою (Мк. 13, 26), — предстанут за тем, чтобы отдать отчет в своих делах, словах, мыслях, чувствованиях, намерениях и желаниях. И вот откроется суд праведный и нелицемерный. По мановению Владыки, неведомая сила мгновенно разлучит всех людей, как пастырь отделяет овец от козлов; и поставит овец по правую Свою сторону, а козлов — по левую (Мф. 25, 32) престола Господа славы, — иначе сказать, явятся две половины, два разряда подсудимых, а вместе с тем и два решения суда Божия. Всеведущий раскроет пред всеми, во всей ясности, правду одних и обличит злые дела других. Ничто тогда не послужит к оправданию виновных. Тогда не будет ни защитников, ни обыкновенных судей, разбирающих тот или другой поступок человека и налагающих соразмерные вине наказания. Тогда добро и зло будут говорить сами за себя. А потому самому и решения грозного Судии будут неотразимы. Смотря потому, кто что соделал во время своей жизни, или блага или зла, — Он одних призовет в царствие Отца своего, а других пошлет в геенну, уготованную диаволу и ангелам его. И пойдут сии в муку вечную, а праведники в жизнь вечную (Мф. 25, 46).
И блаженны избранные Божии, святые праведники, которые имеют просветиться, как солнце, в царствии Отца Небесного! Мы не в состоянии представить всех уготованных им неземных радостей. Эти радости так высоки, так непостижимы, что на языке человеческом нет и слова для выражения их. «Не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его» (1 Кор. 2, 9). Напротив, вполне несчастны отверженные от лица Божия! Рассудок отказывается от уразумения плачевной участи, предназначенной им; воображение теряет свою силу для представления мучений, ожидающих их. Есть болезни, в которых секунды считаются часами, минуты днями, — так они мучительны и страшны. Но подобного той адской болезни мы ничего здесь не испытали и испытать не можем. Господь описал ее под образом вечного горения. Довольно и этого. Замирает сердце, при представлении беспредельного огненного моря, в котором отовсюду палимые, отовсюду задушаемые, в тоске, в беспрестанном ужасе, со стоном и с скрежетом, будут страдать отверженные. И не будет для них смены часов, дней и лет: одна неослабная, безнадежная, вечная мука!
«Бдите убо на всяко время молящеся, да сподобитеся убежати всех сих, хотящих быти, и стати пред Сыном человеческим» (Лк.21:36). Обетования Господа суть ей и амин (2 Кор. 1, 18. 20): слово Его неизменно. Скорее время поглотит все, произведенное им, скорее поколеблются основания неба и земля изменит свой путь, но не останется неисполненным слово вечной Истины. «Небо и земля прейдут, но слова Мои не прейдут» (Мф. 24, 25), — говорил Спаситель, предрекая о последних событиях мира. Еще ли сомневаться после таких решительных слов Спасителя, что будет день последнего, всеобщего, торжественного суда? Да если бы мы и не имели подобного непререкаемого свидетельства, — одно понятие о вечной правде необходимо требует времени, когда порядок, какой допускал доселе Господь в роде человеческом, должен измениться. Много на земле зависти, злобы и всякой неправды, которые почти повсюду господствуют безнаказанно; есть кротость, смирение, терпение и другие великие подвиги добродетели, весьма многими забытые, пренебрегаемые, даже преследуемые. Неужели зло никогда не получит своего возмездия? Неужели добродетель не возвеличится и не прославится пред небом и землею, пред ангелами и человеками? Не может быть. Не созерцал ли уже тайнозритель страдальцев за слово Божие, взывающих к правосудному Богу: «доколе, Владыка Святый и Истинный, не судишь и не мстишь живущим на земле за кровь нашу?» (Откр. 6, 10). И не устами ли того же тайнозрителя изрек Господь: «Се, гряду скоро, и возмездие Мое со Мною, чтобы воздать каждому по делам его» (Откр. 22, 12).
«Не медлит Господь исполнением обетования, как некоторые почитают то медлением; но долготерпит нас, не желая, чтобы кто погиб, но чтобы все пришли к покаянию» (2 Петр. 3, 9). Рано или поздно найдет на нас внезапно день судный. Горе нам, если мы не окажемся верными рабами, чающими Господа своего! А дабы не быть таковыми, поревнуем от всей души о своем спасении, молясь во всякое время, особенно же в дни наступающей Святой Четыредесятницы, — в дни, установленные Святой Церковью исключительно для молитвы, покаяния и подвигов добродетели. При этом условии, мы можем быть уверены, что достойно встретим грозного Домовладыку и отвратим от себя праведный Его гнев.
Источник: «Известия по Казанской епархии». — 1869 г. — №5. — с. 149-152
