Бабушка широко раскинула руки и сказала: «Вот она моя деревня, вот мой дом родной!»
До деревни Большие Меретяки (Тюлячинский район РТ), откуда незадолго до войны переехали в Казань наши прадедушка и прабабушка, мы добирались около полутора часов. Дорога ровная, убаюкивающая, на такой трассе хорошо быть пассажиром, а не водителем. Таксист, который нас вез и вовсе называет этот участок трассы М7 проклятым — «Проложили асфальт через семь кладбищ».
Мы тоже едем на кладбище, где похоронен мой прапрадед Петр Феодорович Петров (1890-1955). Мне радостно, что могу послужить панихиду на могиле предков, я часть рода, член большой семьи, в которой со стороны бабушки почти все кряшены.
Время 6 утра и хочется спать, а бабушка светится от счастья и волнения — ей не до сна. «Последний раз мы были в Меретяках около двадцати лет назад, — рассказывает она, — Все так поменялось. Даже не знаю, вспомню ли теперь где был дом, где дедушка лежит...»
Сомнения оказались напрасными. Даже если бы она и забыла, ее в деревне помнят. Нас встречает Валера, племянник подруги детства бабули.
«Вот тут был ваш дом, тетя Тоня», — показывает Валера. Бабушка всматриваться в поросший бурьяном участок, вспоминает, рассказывает о том, как приносили в дом иконы из разрушенного храма. «Все ходили к нам молиться, а крест из храма поставили на могилу к дедушке. Не знаю правда или нет, но так рассказывали», — говорит она.
После кладбища мы отправились на родник. Оказывается, нет ничего вкуснее той воды, которую давали пить в детстве. Бабушка бежит почти вприпрыжку. «Вот тут была мельница, а тут у источника стояла баня. Даже сейчас баней пахнет! Вот это наше место было, все тут играли. Еще отсюда храм было видно... А потом кто-то приехал, и храм на дрова разобрал. Умер правда быстро, пять лет только после этого прожил».
Храм в Меретяках был освящен в 1897 году в честь Святой Живоначальной Троицы. Служба шла в основном на церковно-славянском языке с небольшими вставками на церковно-кряшенском. Здесь же служил известный православный подвижник из кряшен — иеромонах Алексий (Маринин). Сейчас на месте церкви установлен поклонный крест.
Я смотрю на храмовую рощу, пью родниковую воду и думаю о том, как сильны корни.
