11 октября празднуется обретение мощей святой преподобномученицы великой княгини Елисаветы и ее верной келейницы — инокини Варвары.
В 1888 году великий князь Сергей Александрович Романов получает от своего брата императора Александра III поручение. По просьбе государя он должен будет стать его представителем в Иерусалиме при открытии церкви, которая была построена в честь их матери — императрицы Марии Александровны. Сергей Александрович, исполняя поручение, отправляется на Святую землю, а сопровождает его молодая супруга — великая княгиня Елисавета, которая на тот момент еще оставалась в протестантской вере… Увидев в Гефсиманском саду величественный храм в честь святой равноапостольной Марии Магдалины в сиянии золотых куполов, увенчанных восьмиконечными крестами, княгиня Елисавета восторженно произнесла: «Как бы я хотела быть похороненной здесь!». Эти слова стали для нее пророческими. В храме у подножия Елеонской горы и по сей день покоится мощами великая княгиня преподобномученица Елисавета. И именно тогда — на Святой земле она принимает окончательное решение о присоединении к Православию.
Великая княгиня Елисавета, урожденная немецкая принцесса Гессенская, была известной красавицей. Однако внешний блеск превосходили ее богатый внутренний мир и душевная чистота. Она отказала в супружестве нескольким знатным претендентам на ее руку, поскольку Елисавета еще в юности дала обет девства. Молодая принцесса согласилась лишь стать супругой русского князя Сергея Александровича Романова, который, как выяснилось при доверительном разговоре, состоявшемся между ними, также дал обет девства. В 1884-м году они обвенчались в Санкт-Петербурге. Для Елисаветы начиналась другая жизнь — в новом Отечестве и под новым отчеством. Всем немецким принцессам по традиции давали отчество Феодоровна, в честь почитаемого в династии Романовых образа Пресвятой Богородицы «Феодоровская». Так принцесса Елисавета Гессен-Дармштадская стала великой княгиней Елисаветой Феодоровной, всем сердцем принявшей новую Родину.
Княгиня занялась тщательным изучением русского языка, культуры, традиций России. Но главный вопрос, который, без сомнения, томил ее сердце, заключался в выборе религии. Видя искреннюю веру мужа, величие и истинность Православия, молодая княгиня постепенно приходит к судьбоносному решению. Она пишет в письме своему отцу: «…Я все время думала и читала и молилась Богу — указать мне правильный путь, и пришла к заключению, что только в этой религии (Православии — прим.автора) я могу найти всю настоящую и сильную веру в Бога, которую человек должен иметь, чтобы быть хорошим христианином. Это было бы грехом оставаться так, как я теперь — принадлежать к одной церкви по форме и для внешнего мира, а внутри себя молиться и верить так, как и мой муж». Княгиня Елисавета Федоровна признается, что решение она приняла давно, однако не делала окончательного шага из-за страха, что это причинит боль родным. Эти опасения были не безосновательными: отец не принимает ее выбора. Тем не менее, 25 апреля 1891, в Лазареву субботу, над Елисаветой совершен чин присоединения к Православию.
Жизнь молодых супругов — Сергея Александровича и Елисаветы Феодоровны — текла мирно, они являли пример истинной любви и преданности друг другу. Они действительно были счастливы в браке, и тот факт, что Елисавета приняла Православие, во многом обусловлен заботой, чистой любовью и глубочайшей верой ее мужа. Будни августейшего семейства составляли как балы и светские приемы, наполненные блеском и пышностью, так и нелегкий труд по исполнению заповеди Божией о любви и милосердии к ближнему. Искреннее стремление помочь страдающим и нуждающимся с детства отличали княгиню Елисавету. Кроме того, она обладала целеустремленным и решительным характером, поэтому ее вера и любовь к Богу всегда сопровождались делами. Елисавета Феодоровна посещала сиротские дома, больницы, тюрьмы, организовывала сборы помощи раненым и больным в русско-японской войне, цеха по пошиву одежды для них, создала комитет по обеспечению вдов и сирот воинов, погибших на фронте. За ее широкую благотворительность и доброту вскоре в народе ее стали именовать «Великой матушкой». Великая княгиня стала воплощением чистоты, милосердия и жертвенности.
В 1905 году случилось трагическое событие, которое навсегда изменило жизнь Елисаветы. Ее любимый супруг погиб от рук террориста, бросившего гранату в его карету. Княгиня, ставшая в одночасье вдовой, прибыла на место трагедии и сама собственными руками стала собирать останки мужа. Ярко и живописно показывает силу духа и великодушие святой Елисаветы случай, который произошел сразу же после взрыва. Кучер, который управлял княжеской каретой в тот день, остался жив и лежал в больнице, однако его состояние ухудшалось. Врачи констатировали неминуемую смерть. Елисавета Феодоровна, которая уже облачилась в черное платье, переоделась вновь в голубое нетраурное и отправилась в госпиталь к безнадежно раненому кучеру Ефиму. В палате она улыбнулась ему и сказала, что пришла по поручению мужа навестить больного. Преданный кучер, обрадовавшись тому, что Сергей Александрович якобы жив, спокойно умер.
После похорон супруга княгиня Елисавета приняла решение оставить мир и полностью погрузиться в дела милосердия и молитвы. Она искренне простила убийцу мужа, и даже просила о его помиловании. Однако и к нему Елисавета обращается с христианским призывом к покаянию. Так, примирившись со всеми, она начинает новую жизнь, которую Господь увенчивает нетленным мученическим венцом.
Елисавета Феодоровна стала вести строгий, подвижнический образ жизни. Ее комната, из которой вынесли роскошную мебель и перекрасили в белый цвет, стала больше похожей на монашескую келию. На балах и светских приемах она больше не появлялась. Через некоторое время великая княгиня продала свои украшения, на которые приобрела участок земли с четырьмя домами и садом на Большой Ордынке в Москве. Так была заложена знаменитая Марфо-Мариинская обитель, на территории которой расположились комнаты и столовая для сестер, священника, два храма, больница, аптека, приют и школа для девочек-сирот, библиотека.
В феврале 1909 года преподобная Елисавета сняла траурное платье и облачилась в монашеское одеяние — этот год считается официальной датой основания обители. Позже, 22 апреля 1910 года, возглавляя торжественную службу в обители, епископ Трифон (Туркестанов) сказал Елисавете Феодоровне: «Эта одежда скроет Вас от мира, и мир скроет от Вас, но она в то же время будет свидетельницей Вашей благотворной деятельности, которая воссияет пред Господом во славу Его». В тот день он посвятил в звание крестовых сестер любви и милосердия 17 девушек и женщин во главе с великой княгиней. В основу Марфо-Мариинской обители был положен монастырский устав, но в отличие от монастыря, сестры, давая обед нестяжательности, послушания и целомудрия, по истечении времени могли уйти и создать семью.
Страна переживала тяжелые времена. Грянула революция. Тяжелым ударом стало для Елисаветы Феодоровны отречение Николая II от престола. Она много плакала и молилась. Но неизвестность не страшила ее, больше сжималось сердце от жалости к стране, которую она всей душой полюбила и которой отдала всю себя, но которую «лихорадило», словно больного ребенка. Она писала в это время: «Святая Россия не может погибнуть. Но Великой России, увы, больше нет. Мы должны устремить свои мысли к Небесному Царствию и сказать с покорностью: «Да будет воля Твоя».
Великая княгиня Елисавета осталась полностью покорной воле Божьей и со смирением приняла то, что Он уготовил для нее. После февральской революции 1917 года в Россию приехал премьер-министр Швеции, по просьбе кайзера Вильгельма он предложил Елисавете Феодороне помощь, чтобы как можно скорей покинуть страну, охваченную кровавою волной братоубийственной войны.
Княгиня отказалась.
После этого были и другие попытки уговорить мученицу уехать из страны. Однако они были так же безуспешны: Елисавета Феодоровна приняла твердое решение разделить с Россией ее участь. 7 мая 1918 года, на третий день Светлой седмицы, преподобномученицу Елисавету арестовывают и вывозят за пределы Москвы. С ней поехали две сестры: Екатерина Янышева и келейница — Варвара Яковлева. Их привезли в областной центр и хотели отпустить, но обе стали умолять не разделять их с любимой настоятельницей. Однако чекисты согласились вернуть к Елисавете Феодоровне только одну из них — Варвару. Заключенных под стражу, в том числе и великую княгиню, отправили в Пермь, а затем в Алапаевск, где она вместе с другими членами августейшей семьи: великим князем Сергеем Михайловичем, его секретарем Феодором Михайловичем Ремезом, тремя братьями: Иоанном, Константином и Игорем Константиновичами и Владимиром Палеем провела последние месяцы перед трагическим исходом.
Ночью 18 июля 1918 года арестованных неожиданно подняли и повезли в неизвестном направлении. Через некоторое время, остановившись у заброшенного рудника, им приказали выйти. Оглушая оружейными прикладами, членов императорского дома, включая Елисавету Феодоровну и ее келейницу Варвару, стали сталкивать в эту глубокую яму. Палачи думали, что они умрут от падения, поскольку шахта была глубокой, однако они не рассчитали, что в ней были выступы на уровне 4-х и 16-и метров. Перед падением в шахту святая преподобномученица Елисавета по примеру Самого Христа произнесла молитву: «Господи, прости им, ибо не знают, что делают» (Лк. 23, 34). Спустя некоторое время, услышав, что сброшенные в яму несчастные, еще живы, солдаты стали забрасывать шахту гранатами. Крестьянин, который был свидетелем этой кровавой расправы, рассказывал, что из глубины ямы даже после взрывов доносилось пение Херувимской — святая Елисавета и другие мученики еще были живы. Они отошли ко Господу в небесные обители через некоторое время от голода, жажды и ранений.
Через несколько месяцев, 11 октября того же года, из шахты под Алапаевском были обретены честные останки членов императорского дома, в том числе преподобномученицы Елисаветы и инокини Варвары. Великая княгиня до последних минут жизни совершала свой христианский подвиг — голова Иоанна Константиновича была обмотана апостольником Елисаветы Феодоровны. Таким образом она пыталась облегчить его страдания. Ее пальцы, а также персты князя Иоанна и инокини Варвары были сложены для крестного знамения.
В 1921 году честные останки великой княгини Елисаветы и ее верной спутницы — инокини Варвары были доставлены в Иерусалим и положены в склепе-усыпальнице храма святой равноапостольной Марии Магдалины, а через несколько десятков лет их мощи перенесли в саму церковь. Так исполнилось пожелание Елисаветы Феодоровны, высказанное в далеком 1888 году. Она всю свою жизнь посвятила служению ближнему ради милосердия и исполнения заповеди Христовой. В храме у подножия Елеонской горы, на земле, пропитанной благодатью Божиего присутствия, великая княгиня обрела покой, а у Господа — вечную славу и сияющий венец.
