В последнее время Церковь уделяет огромное внимание делам милосердия и социальной работе, потому что, как ни странно, жить мы стали лучше, а сирых и убогих становится все больше. По благословению священноначалия организовываются курсы сестер милосердия, открываются православные сестричества и братства, люди учатся нести свет и любовь всем страждущим и обремененным.
В Набережных Челнах сестринская работа зародилась в далеких 90-х годах, когда возрождение Православия на челнинской земле только началось, в городе при Центре славянской культуры работало православное сестричество во имя святой преподобномученицы великой княгини Елисаветы, организованное добровольцами. Старшая сестра милосердия — Миропия Валентиновна Усанова, возглавлявшая в те годы это благое начинание, согласилась рассказать о работе сестер милосердия в те непростые годы.
— Сестричество наше было при храме святых бессребреников Космы и Дамиана. Доходов у нас не было, и мы существовали на пожертвования благотворителей. Времена были тяжёлые — начало 95-го года, а это — безработные камазовцы, голодающие семьи и дети. Женщины помимо сестричества ещё где-то работали, но на этих своих работах сами получали чуть больше, чем те бедные люди, которым помогали. И поэтому мы раздавали сёстрам иногда понемногу крупы — потому, что они тоже нуждались и часто жили впроголодь…
Я начала с этого, чтобы все, кто хочет организовать сестричество, понимали сразу, что эта работа добровольная и бесплатная. Но самое главное, конечно, всегда помнить, что это — дело Божие, что это не только спасение незнакомых несчастных людей, но ещё и себя, и своих близких через эти труды.
У нас было помещение в общежитии в 23-м комплексе, где мы принимали бездомных людей — мы кормили их, мыли, стригли, одевали, в специально отведённые дни водили их в баню. Нам приносили одежду и мы раздавали её неимущим. Опять же — очень трудные и тяжёлые времена, многие горожане (бывшие рабочие, например) жили за чертой бедности — сестричество поддерживало и таких людей (продуктами и тому подобное). Тогда нам удалось многих спасти от голодной смерти и даже от самоубийства — не хвалюсь, конечно, потому что это происходило по милости Божией.
Кроме того, мы, как православные люди, занимались ещё и миссией: во время обедов сёстры рассказывали бездомным о церковных праздниках; людям крещённым, но не воцерковленным мы аккуратно давали понять, что Церковь важна для них, а тех, кто не был крещён, потихоньку тоже вели к вере. Это, пожалуй, самое важное — мы же спасаем ближних. Вот однажды мы собрали около двадцати человек таких некрещеных, договорились с отцом Александром, и он крестил их. И, знаете, люди были так счастливы.
— А с чего начало работу ваше сестричество? С чего, может быть, следует начать тем, кто хочет заниматься подобной деятельностью?
— Всё начинается с молитвы. А чтобы начать молитву, нужно выбрать небесного покровителя. Наше сестричество, как вы уже знаете, было создано во имя преподобномученицы Великой княгини Елисаветы Феодоровны. Понедельник был у нас «днём сестринским». В этот день мы в нашем помещении мыли всё от потолка до пола, а потом пели акафист святой Елисавете. Именно с этой части — духовной — надо начинать организацию сестричества, а не просто так: «собрались и что-то начали делать…». Мы ведь не социальные работники мэрии! Как-то я общалась с одной женщиной пожилой, и она мне рассказала о том, как однажды к ней пришёл такой вот соцработник: бабушка сразу кинулась к этому гостю с вопросами, с разговорами, а работник ей говорит: «Вы знаете, у мня ещё кроме вас есть адреса…». А женщине этой одинокой не пряники и конфеты нужны были (у неё была хорошая пенсия) — ей нужен был именно разговор. И вот для подобных душеспасительных бесед нам, сёстрам милосердия, нужно самим Духа Святого стяжать — через молитву, через чтение акафистов. Очень важно не скатиться к питью чая и обычным разговорам. Мы должны помнить, что мы православные, и нам необходимо заниматься катехизацией — очень осторожно (это зависит от людей, с которыми идет работа в данный момент и нашей подготовки) начинать беседы о вере.
Кроме того, любое сестричество — это, в первую очередь, коллектив. Коллективу обязательно необходимо место, где можно было бы посовещаться, посоветоваться и просто пообщаться.
Далее важно — не бояться начать. Я уже не раз слышала такие высказывания: говорили, что лидера нет, что страшно и тому подобное… Но такие боязни от врага. По нашей неуверенности и маловерию мы, получается, волю исполняем не Божию. Ведь Господь говорит, что спасётся смелый, тот, кто бесстрашен, тот, кто верит, тот, кто воин. Воевать надо — за себя и за других. Не бойтесь. Если кому-то предложат возглавить сестричество, не надо бояться. Я тоже не была готова к этому в своё время. Я, помню, подошла к отцу Олегу Богданову с предложением организовать для бедных благотворительный обед (только обед и больше ничего — только хотя бы раз накормить), а священник мне говорит: «Вот и организуй…» С этого всё и пошло. Раз благословили, дали задание, то надо делать. И мы начали. Был у нас, так сказать, росток из семечка — это первый благотворительный обед. Потом мы скитались по столовым, как цыганки, с огромными баулами. Потом одежду нам понесли. Мы сначала даже столовую нашу у меня хранили (у меня дома склад был настоящий), и только потом помещение своё появилось. А знаете, какое оно было, когда мы туда пришли? Всё было разбито, пол был черный, стены не знаю какого цвета были, стекла кое-где были выбиты, никаких там плит электрических и в помине не было — это все дал Бог, через благотворителей. А всё началось с малого — с обычного обеда.
А если всё-таки страшно и неуверенность мучает, то есть ведь батюшка — духовник сестричества — он поддержит в трудную минуту, подскажет, как поступить. Мы всегда к отцу Олегу Николаеву ходили с вопросами и проблемами духовными. И дело двигалось. Всё по вере даётся. Нужно поверить, что мы собрались, и мы — сила.
И конечно нужно помнить, что сёстры милосердия работают ещё по большей части с больными, а, значит, необходимы минимальные медицинские знания. Можно, допустим, найти медицинского работника, который бы провёл с будущими сёстрами курсы оказания первой помощи (навыки работы с пролежнями, перевязки и тому подобное — это всё обязательно пригодится).
— А откуда вы брали средства на обеды, на закупку необходимых материалов для оказания первой помощи? Это всё была помощь благотворителей?
— Да, конечно, деньги потребуются. У нас, слава Богу, были и благотворители. Но никогда на столах не бывало чего-то такого особенного — хлеб, соль, растительное масло, сахар, крупы разные, чай… А в один год мы сами мяту перечную собирали и заваривали её вместо чая — даже такое было.
Для перевязочной нашей необходимы были маски, перчатки, бинты, дезинфицирующие средства, потому, что к нам приходили разные люди — и с туберкулёзом, и с венерическими болезнями. И всё необходимое для работы с больными дали нам в девятой поликлинике — хирургам низкий поклон. Я до сих пор, когда прохожу мимо поликлиники, с благодарностью вспоминаю этих людей.
— Миропия Валентиновна, а в трудные минуты (ведь они, наверное, неизбежны в таком деле милосердия) бывало ли у вас ощущение заступничества вашей небесной покровительницы святой Елисаветы?
— И в правду, мы работали как бы под крылом Елисаветы Феодоровны. За всё время существования сестричества мы даже гриппом-то, по-моему, не болели ни разу… а ведь за помощью к нам, бывало, обращались с действительно заразными болезнями. И люди по милости Божией нужные в трудные моменты вдруг неожиданно появлялись — помощь предлагали, жертвовали продукты.
А было и такое чудо: однажды один мужчина подарил нам открытку «Моление о Чаше». Я говорю: «Ну спасибо, у нас такой нет, поставлю в рамочку». Взяла её, разглядываю. А открытка мятая, и в двух местах порванная, но разглаженная. Я так покрутила, покрутила, от делать нечего, и вдруг увидела: там с обратной стороны посередине нарисован двойной овал, внутри красное яичко, две буквы Х и В, а вокруг, вот в этой двойной овальной рамке, написано: «Благословение великой княгини Елисаветы Федоровны» (Представляете! Мурашки по коже, как вспоминаю…) Ладно, смотрю дальше — читаю: «Киев, 1918 год». Это была подлинная открытка. Елисавета Федоровна её кому-то дала, как благословение своё, в том самом 18-ом году, когда её арестовали и убили. И вот открытка у нас, в начале двухтысячных... Сколько же времени эта открытка путешествовала! Где она только не побывала: может, на каторге была с кем-то, кто-то ее смял, порвал и бросил, и снова кто-то любовно разгладил. И вот она у нас. Это ли не чудо?! Мы её тогда в рамочку поместили. Такое вот благословение святой Елизаветы было над нами.
— А осталось ли у вас чувство сестричества сейчас с теми, с кем вы вместе работали тогда — объединяет ли вас это и сейчас?
— Конечно! Ко мне иногда приходят — сейчас уже не часто (больные мы стали, старые). Встречаемся, вспоминаем и чуть не плачем. Да, это было время, когда я жила в раю — в земном раю. Между нами все было чисто, открыто, по совести. И ещё людям, слава Богу, получалось помогать. Вот вы думаете, что я это говорю сейчас, потому что идеализирую прошлое. Но это было именно так.
— Может быть пожелаете что-нибудь тем, кто только начинает заниматься сестричеством в наши дни?
— Да не будет у вас друг к другу нелюбви, недоверия, подозрительности — да не будет этого у вас. Все мы люди, мы можем ошибаться, можем где-то что-то сделать не так, поступить не так. Но верить друг другу надо — вот это основа настоящего коллектива сестёр милосердия. У нас не было ни ссор, ни сплетен. Однажды поссорились две женщины, и то скрыли от всех, чтоб не распространяться. Как-то кто-то унёс пожертвованный хлеб, но этот человек потом, видимо, устыдился и сам ушёл от нас. Вот, собственно, и всё — за 7 лет. Так вот, вам я этого же желаю — уважать, любить друг друга и помнить, что самое главное для сестры милосердия — это работать с чистыми руками и чистым сердцем.
